ФАКТОР ЭКЗОТИКИ В МИРОВОЙ ПОЛИТИКЕ: ПОЧЕМУ ХАВЬЕР МИЛЕЙ И ВЛАДИМИР ЖИРИНОВСКИЙ СТАЛИ ПОПУЛЯРНЫ?

Жириновский умел «играть с непростой реальностью», ключевым словом здесь является глагол «играть». И дело даже не в актерском и импровизаторском даре героя думской трибуны и телевизионных ток-шоу. В течение трех десятилетий Жириновский трансформировал политику в театрализованное представление, если угодно – в театр абсурда. Он успешно соединял несоединимое и олицетворял собой политический постмодернизм. «Мать русская, отец юрист» - и при этом русский националист, либеральный демократ, срывающий овации «глубинного народа». И если для человека, застрявшего в эпохе модерна, такие сочетания представляются абсурдными, то для постмодернистского сознания в них нет ничего неприличного. Если нарисованный на белом фоне черный квадрат на аукционе продается за десятки миллионов долларов, то и в политике тоже «все дозволено» - чем она должна принципиально отличаться от искусства эпохи постмодерна? Заслугой или преступлением (кому как нравится) Жириновского является то, что он адаптировал политический постмодернизм на российской почве, которая внешне кажется для таких экспериментов малопригодной. С помощью своего сценического таланта он вошел буквально в каждый российский дом, став одним из зеркал, в котором отразилась постсоветская Россия. И неотъемлемой деталью политического ландшафта, которую никто другой точно не заменит. С чем связана деградация Запада? Чтобы узнать ответ на этот вопрос, достаточно взглянуть на его современную политическую элиту. Если в 80-х это были крепкие лидеры...