Полярники в Антарктиде наткнулся на часть древнего космического корабля

Виктор хотел возразить, сказать, что это гипоксия и усталость, но вдруг ощутил это сам. На него накатила волна невероятной, вселенской печали. Это было чувство потери чего-то огромного, важного. Словно он вспомнил дом, которого у него никогда не было. Перед глазами на долю секунды вспыхнули образы: небо фиолетового оттенка, две луны и города, башни которых уходили в стратосферу, сплетенные из света и звука. Видение длилось мгновение. Брусникин моргнул и снова увидел обшарпанные стены вагончика. Миша сидел на полу, обхватив голову руками. Елена плакала, беззвучно, слезы катились по щекам. — Что это было? — хрипло спросил Волков. — Прощальное письмо, — тихо сказала Елена, вытирая лицо. — Это не карта и не оружие, Виктор. Это «черный ящик». — Чей? — Тех, кто был здесь до нас. До динозавров. До всего. Они хотели, чтобы не повторили то, что сделали они... Сквозь иней пробивался свет прожектора. — Знаете, Елена Андреевна… Сейчас в мире бардак. Андропов болен, Рейган пугает «Звездными войнами». Мы все сидим на пороховой бочке и боимся, что кто-то чиркнет спичкой. Нам кажется, что наши проблемы — это центр вселенной. А эта штука… — он кивнул на сферу, которая снова стала безмолвной и холодной. — Она показывает, насколько мы незначительны. Но в то же время оно говорит нам о самом важном. — О чём, Виктор Петрович? — спросил ассистент Миша. — О том, что всё когда-нибудь заканчивается. Даже великие цивилизации обращаются в прах. — И что остаётся? — спросила Елена. — Любовь!...