«Хочет» или «может»: почему дрон, атаковавший автобус с детьми, был американским

Хочет Трамп чего-то или не хочет — вопрос абстрактный. А вот может он или не может — вопрос конкретный, и именно его мы должны себе задавать. Может быть, он искренне хочет, но нам от этого легче не становится. Когда мы говорим, что Трамп ничего не может сделать с Зеленским, мы подменяем ситуацию. Трамп ничего не может сделать с британским королём, с Европой и с глобалистами, которые представляют определённую часть того, что можно назвать мировой закулисой. Зеленский — это просто псевдоним, человек, который озвучивает то, что ему говорят. Я не хочу его оправдывать, но думаю, что о некоторых удачных акциях подчинённых ему структур он узнаёт из открытой печати, а потом рассказывает, какую блестящую операцию провели «под его руководством». Это в некотором смысле его роль — он актёр. Трамп — нет. Он, наверное, попытался. Говорил, что попытается, и с этим, видимо, связывались определённые надежды. Всё-таки президент Соединённых Штатов Америки, человек с упрямым характером, который любит быть первым. Мы же помним, что он устроил Зеленскому, как только стал президентом. Но больше таких сцен мы почему-то не наблюдаем. А дрон, который атакует автобус с детьми, — он американский. Вот это факт. Остальное — разговоры. И мы возвращаемся к самому интересному: мы ждём прилёта Уиткоффа и Кушнера. Но когда мы ждём, что они нам привезут, надо помнить, что дрон был американским. И, наверное, им стоит об этом сказать — вдруг они не знают? Потому что одними «чебурашками» тут не обойтись...