Новогодняя Андреиада

Пришел я как-то с праздника домой, Тепло простившись там с гостями всеми. Смотрю, встречают в комнате толпой Меня разнообразные Андреи. Святой Андрей, апостол, брат Петра, Что Первозванным на Руси зовётся. Набат в бошке, звучат колокола, И нимб над ним, и нимб тот ярче солнца. Андрей Рублев с кистями, в красках весь Готовится писать с меня портрет. Он предложил для этого присесть, На это я ответил твердо: «Нет!» Я стоя быть хочу запечатлён, Чтобы фактурой весь во всей красе. Мой выбор уважал не только он, Мой выбор уважали они все. Мне кланялся Андрюха Трубецкой, Семибоярин. Я почёл за честь Голицин, князь Андрей, шутил со мной. Семибоярин тоже. Вот ведь жесть. Сам Вознесенский мне точил перо. О, матерь, он же гений, мой кумир. Когда я строки познавал его, То на глазах менялся этот мир. Нам свечи зажигал Андре Ампер, Ну тот, что почему-то и Мари. Он звал меня гулять в соседний сквер, Где не горели ночью фонари. Стихи читал поэт Андре Пумпур, Но не легли мне на душу стихи. Сказал ему, что рифмы его сюр, Что ими приумножаться грехи. А Вознесенский и Тарковский подрались, Их разнимал француз Андре Мальро. Я вроде мало пил, но изменилась жизнь - Андреи на меня глядят хитро. Громыко, Гречко и Андрей Сова, И даже Сахаров, Дементьев и Эшпай. Пропала моя буйна голова, Просил Мороза:» Дед, не подливай!» А он сказал, что тоже он Андрей Из рода тех зловещих Чикатил. Потом набросил шубу потеплей И на оленях в темень укатил. А я теперь жить буду не один. Вот думаю, как всех...