Она ушла, оставив холод в стенах этих неживых...

Саксофон плачет в пустой квартире, тишина бьёт под дых. Она ушла, оставив холод в стенах этих неживых. Тридцать лет за спиной — бизнес, деньги, пустой уют. Он думал, шмотки и стены тепло в её сердце зальют. Чего не хватало?» — твердил он, глядя в открытый проём и забыв, как когда-то убили мечту о ребёнке вдвоём. Точка невозврата… К прошлому дороги больше нет, и в окно летит кольцо, в котором погас семейный свет. Оно разбилось о бетон, подобно хрупкому их счастью, унесённому ветрами, что гуляют в злости. Он вспомнил её смех, детский, звонкий, как ручеёк, тот, что мог бы наполнить этот дом, стать его пророчеством. Но выбор был сделан — карьера, амбиции, ложные цели, что теперь казались чумой, отравившей души. В квартире эхом отзывалась мелодия блюза, проникая в каждую трещину его самообмана. Каждый аккорд — упрёк, каждая нота — боль. Он бродил по комнатам, прикасаясь к предметам, что раньше составляли их общую жизнь, а теперь лишь напоминали о потерянном. Фотографии на полках — застывшие мгновения счастья, теперь казались насмешкой.