В Антарктиде на глубине 1840 метров нашли черные саркофаги с техникой неизвестной цивилизации

Дальше — начались недели, которые никто из четверых потом не мог описать однозначно. Импульсы менялись, паттерн усложнялся, будто подстраивался под то, как его анализировали — хотя объективно подтвердить это было невозможно: слишком легко человеческий мозг ищет закономерности там, где есть только шум и усталость. Роберт настаивал на регистрации всех сеансов на нескольких независимых приборах, чтобы исключить самообман исследователей. Независимая аппаратура фиксировала то же самое. Никакого текста на всех языках мира не появлялось. Появлялось то, с чем реально работают в таких случаях: числовые последовательности, которые Нихал с помощью простейшей комбинаторной модели — по аналогии с проектом SETI и протоколом «Аресибо» — попытался развернуть в двумерную растровую сетку. Получившееся изображение было зашумлённым, спорным, допускающим несколько интерпретаций — как всегда бывает с попытками найти смысл в данных на грани значимости. Но одна интерпретация повторялась при разных попытках декодирования чаще прочих: сетка складывалась в подобие карты — концентрические окружности вокруг точки, похожей на положение Солнечной системы относительно центра Галактики, с выделенной, обособленной от остальных, точкой на краю. — Это может ничего не значить, — сказал Роберт. — Мы видим то, что хотим увидеть. Классическая ошибка распознавания образов. Марсианские лица на фотографиях — тот же эффект. — Может, — согласился Нихал. — А может, мы единственные в этой комнате, кто достаточно...