В 1978 году в вологодскую деревню попал человек из будущего со странным прибором

о больше всего он тосковал по небу, — тихо сказала старушка. — Он сидел на крыльце и говорил: «Как же у вас здесь легко дышится. В моем времени звезд не видно. Небо закрыто пеленой от смога и отражающими щитами, потому что климат сошел с ума. У нас летом плюс пятьдесят градусов, океаны поднялись, миллионы беженцев. Еда из водорослей и насекомых. А здесь… здесь рай, Шура. Вы просто не понимаете, что живете в раю». Виктор так и не привык к нашему времени. Местная вода и бактерии, которые для сельских жителей были нормой, медленно убивали его стерильный иммунитет будущего. Он постоянно болел простудами, чах на глазах. Врачи разводили руками — говорили, слабое сердце. Он умер зимой 1982 года. Тихо уснул и не проснулся. Похоронили его на местном деревенском кладбище, под простым деревянным крестом с надписью «Виктор». — Перед смертью он позвал меня, — баба Шура тяжело вздохнула, встала из-за стола и подошла к старому комоду. Открыв нижний ящик, она достала оттуда сверток из пожелтевшей ткани. — Сказал: «Шурочка, я знаю, что ты мне веришь. Сохрани это. В ваше время это просто кусок стекла и металла. Но когда придет срок, он проснется». Она развернула ткань и положила передо мной предмет. У меня перехватило дыхание. Это был прямоугольник идеальных пропорций, сделанный из абсолютно прозрачного материала, напоминающего стекло, но невероятно прочного. Края были окаймлены тусклым металлом, не похожим ни на алюминий, ни на сталь. На нем не было ни разъемов, ни кнопок. Он выглядел...