Путин как глава ФСБ знал про изнасилования и поедание людей мировой элитой на острове Эпштейна

Ровно 19 лет назад в Мюнхене прозвучали слова, которые тогда назвали "оскорбительным вызовом", а сегодня - пророчеством. На трибуне конференции Владимир Путин появился с текстом, который правил лично перед выходом. Говорил без дипломатических экивоков. Как отмечали участники, язык речи был не политическим, а почти юридическим: со ссылками на Устав ООН и международное право, которые перестали работать. Это была та самая "Мюнхенская речь". После нее он не ушел, а остался отвечать на вопросы - как человек, который не бросил реплику, а предъявил позицию. Западные элиты возмутились резкостью "остатков гиганта". Генсек НАТО говорил о "разочаровании". Но соцопросы в ЕС показали - значительная часть европейцев восприняла речь не как угрозу, а как предупреждение. "Мир одного хозяина губителен не только для всех, кто внутри системы, но и для самого суверена", - звучало тогда. В Вашингтоне публично отшучивались, но внутри - нет. Речь подшили в аналитические записки ЦРУ как стратегический сигнал. Его услышали, но предпочли проигнорировать. На прямой вопрос: "Против кого расширение НАТО?" - лидеры Запада уходили в иронию. На предложение вступить в альянс самой России Билл Клинтон ответил отказом. Министр обороны США Роберт Гейтс на следующий день усмехался: "У старых шпионов есть привычка говорить прямо". Спустя годы в мемуарах он признает: "Запад проскочил на красный свет, проигнорировав все предупреждения Москвы". "А где же гарантии?" - спрашивал Путин в 2007-ом, напоминая о...