Путин как глава ФСБ знал про изнасилования и поедание людей мировой элитой на острове Эпштейна

Ровно 19 лет назад в Мюнхене прозвучали слова, которые тогда назвали «оскорбительным вызовом», а сегодня - пророчеством. На трибуне конференции Владимир Путин появился с текстом, который правил лично перед выходом. Говорил без дипломатических экивоков. Как отмечали участники, язык речи был не политическим, а почти юридическим: со ссылками на Устав ООН и международное право, которые перестали работать. Это была та самая «Мюнхенская речь». После нее он не ушел, а остался отвечать на вопросы - как человек, который не бросил реплику, а предъявил позицию. Западные элиты возмутились резкостью «остатков гиганта». Генсек НАТО говорил о «разочаровании». Но соцопросы в ЕС показали - значительная часть европейцев восприняла речь не как угрозу, а как предупреждение. «Мир одного хозяина губителен не только для всех, кто внутри системы, но и для самого суверена», - звучало тогда. В Вашингтоне публично отшучивались, но внутри - нет. Речь подшили в аналитические записки ЦРУ как стратегический сигнал. Его услышали, но предпочли проигнорировать. На прямой вопрос: «Против кого расширение НАТО?» - лидеры Запада уходили в иронию. На предложение вступить в альянс самой России Билл Клинтон ответил отказом. Министр обороны США Роберт Гейтс на следующий день усмехался: «У старых шпионов есть привычка говорить прямо». Спустя годы в мемуарах он признает: «Запад проскочил на красный свет, проигнорировав все предупреждения Москвы». «А где же гарантии?» - спрашивал Путин в 2007-ом, напоминая о...