Черный карнавал | Heavy metal | Black Carnival

Через перелески да поля, Бредёт охрипший музыкант. Душа его - как решето, В глазах же – мести горький яд. Он долго шёл, сквозь риск и страх, Искал дорогу в царство тьмы. В ушах – лишь эхо прошлых дней, Когда любовь была жива. Год пролетел, как чёрный ворон, С тех пор, как масок хоровод Её увлёк в свой тёмный плен, Оставив лишь прощальный вздох. Любимая Шуту желанье загадала, Вместе с музыкантом быть навек, Но Чёрный Карнавал проклятый, Заставил радость позабыть. Он помнит крик, предсмертный стон, Гримасу мрачного Шута, Что ухмылялся в темноте, Когда любовь его ушла. Плута убить тогда он должен, Но карнавал исчез, как дым, Растаял в воздухе ночном, Как эхо смеха над холмом. Он закричал, вложив всю боль, Всю ярость, что кипела в нём. Но голос сорван, хрип один, Смятение в сердце ледяном. Упал на землю, обессилев, В глазах - лишь пустота и мгла. Любовь потеряна навек, И жизнь теперь ему чужда. Но вот уж год, как он поклялся, Весь тёмный сброд тот истребить, Чтоб Карнавал и Шут поганый, Заплакав кровью, начал гнить. Искал он тех, кто знал хоть что-то, Кто видел маски, слышал смех. Но все молчали, словно рыбы, Боясь проклятья тёмных мест. И вот, в таверне обветшалой, Где гам и вонь сплелись в клубок, Старик горбатый, пьяный в стельку, Вдруг завопил, глаголя слог: «Тебя я помню, музыкант! Как ты бедняжечку сгубил! В ту ночь, когда луна взошла! И алая река пошла!» Бард содрогнулся, как от грома, Внутри – безумный, дикий страх. Он вспомнил всё: вино, дурман, И ревность...