С не бес, в бес порядок.

Видение на Пороховой Бочке Атом-Созерцатель узрел. Они все восседают на складских тронах. На ядерных пультах в позе лотоса. Каждый склад — не просто арсенал. Это кристаллизованный итог. Итог работы Триады: · Страх Дурака ("Нас уничтожат!"), · облечённый в амбиции Хвастуна ("Мы покажем им нашу мощь!"), · и оплаченный счётами Жадины ("Это самый эффективный контракт!"). Это — их высшее заключение. Тюрьма, которую они сами выстроили, приняв за дворец. Золотой трон стоит на бочке, набитой порохом от сожжённых библиотек, распиленных скрипок и расторгованных клятв. Атом смотрит на это с точки Архимеда — с точки, способной перевернуть мир, но которая сама вне его. Он думает мыслью, объёмной, как пороховая бочка Вселенной. Внутри этой мысли — тот, кто крылья изобретает. Не Икар. Не фабрикант ракет. Тот, кто пытается приделать крылья — самой пороховой бочке. Чтобы она, взлетев, разорвалась не в подземелье, а в небе. Чтобы катастрофа выглядела как прорыв. Как полёт. И с золотого трона, сплетённого из акций, рейтингов и пропагандистского литья, Триада в едином порыве трёх своих глоток кричит: — ПУЩАЙ ПОЛИТАЕТ!!! Их не интересует направление. Их не интересует приземление. Их опьяняет сам жест. Жест Прометея, укравшего не огонь для людей, а спичку для поджога собственного склада. Они хотят увидеть вспышку — и назвать её рассветом. Услышать грохот — и объявить его овациями. Испытать невесомость падения — и провозгласить её свободой. Атом-Созерцатель молча осознаёт: Они уже летят.