В Тибете перевели свитки из секретной библиотеки, и ученым стало страшно

Три месяца назад мир археологии потрясла новость, прошедшая мелким шрифтом в научных журналах: в старинном тибетском монастыре, за ложной кирпичной стеной длиной 60 метров, обнаружили библиотеку. Девяносто шесть тысяч свитков. Нетронутые, аккуратно сложенные от пола до потолка. Монахи замуровали их сотни лет назад, спасая то ли от пожаров, то ли от чужих глаз. Михаил, отдавший изучению древних языков сорок лет жизни, прибыл сюда в составе международной группы. Вместе с ним работала Анна — тридцатилетняя специалистка по криптографии и нейросетям из Петербурга. Ее задача заключалась в том, чтобы сканировать тексты и скармливать их алгоритмам искусственного интеллекта для ускорения перевода. Первые недели всё шло предсказуемо. Трактаты по буддийской философии, списки трав, бухгалтерские книги монастыря. Но на исходе второго месяца они добрались до нижних ярусов. Свитки там были другими. Пергамент походил на тончайший пластик, а чернила не выцвели ни на тон. — Михаил Андреевич, посмотрите на это, — голос Анны дрогнул в тишине каменной кельи, освещаемой лишь синеватым светом монитора и парой светодиодных ламп. Профессор отложил лупу и подошел к ней. На экране ноутбука бежали столбцы символов. — Машина снова выдает ошибку? — спросил он, потирая уставшие глаза. — Я же говорил, санскрит и старотибетский — это не машинный код. Здесь нужен контекст. — Это не санскрит, — Анна подняла на него бледное лицо. — И не пракрит. Программа проанализировала синтаксис. Это… технический язык.