Мужики поймали существо попавшее в наш мир из будущего. «Я ваш правнук!»

Саня вдруг встрепенулся: — Слушайте, надо его в Симферополь. В КГБ или к ученым. Это же сенсация! Это же спасение для всех! Он им расскажет, и мы предотвратим катастрофу! Ребенок замер. Желтые глаза наполнились влагой. — Не надо к ученым. Они меня разрежут. А будущее вы не измените. Вы уже запустили процесс. Пожалуйста… мне надо обратно. Разлом скоро закроется. Мама там плачет, наверное. Слово «мама», сказанное этим шелестящим, нечеловеческим голосом, пробило нас насквозь. Михалыч, который прошел Вьетнам инструктором, молча встал, подошел к Сане и тяжело положил руку ему на плечо. — Никакого КГБ. Слышал? Мы никого не видели. Он повернулся к мальчику. — Где твоя дыра, малец? Иди с миром. Мы шли сквозь густой, как молоко, туман минут двадцать. Ребенок уверенно вел нас к скалам. В одном месте воздух действительно словно дрожал, искажая силуэты камней, как над раскаленным асфальтом. Оттуда тянуло запахом озона и сухой, горячей пыли. Мальчик сбросил штормовку на камни. Повернулся к нам. — Спасибо вам. — Слушай, — я шагнул к нему, — а вы там… ну, в будущем… вы счастливы? Он склонил голову набок, будто вспоминая значение этого слова. — Мы живем. Мы любим своих детей. И мы бережем то, что осталось от Земли. Прощайте. Он шагнул в дрожащее марево, и оно сомкнулось за ним с тихим хлопком. Туман сразу рассеялся. Остались только холодные скалы и брошенная брезентовая куртка. Мы вернулись к костру, допили портвейн и молча легли спать. Утром никто из нас не проронил ни слова о...