Исповедь казака…

Простите, родные, что красным служил, Простите меня, что и белым я был. Я с братом в бою напротив стоял, Казачью совесть, как тряпку, в Дону я стирал. Прости меня, батя, что красным я стал, Что против присяги с винтовкой восстал. За правду чужую я кровушку лил, А совесть казачью в себе я душил. В ковыльной степи метался, как зверь, Не зная, кому мне поверить теперь. Брат шашкой махал, я курок нажимал, И голос казачий вдали затихал. В Гражданской войне я и честь потерял, Когда за идею с роднёй воевал. На берег донской я с тоскою глядел, Где дед мой, казак, под землёю истлел. Прости меня, батя, что белым я стал, Что слово присяги тогда не сдержал. За правду чужую я кровушку лил, А совесть казачью вином я глушил. В ковыльной степи метался, как зверь, Не зная, кому мне поверить теперь. Брат шашкой махал, я курок нажимал, И голос казачий вдали затихал. Прости меня, брат, что с тобой воевал, Что руку на брата со злостью поднял. Не там я в тумане правду искал, Но горькую чашу до дна испивал. Кружил я как ветер, меж правд и сторон, Искал я свободу средь горьких времён. Но только всё тише стонал я во мгле, Как птица без крыльев на стылой земле. Течёт тихий Дон, без меня он течёт, А сердце казачье покоя не ждёт. И память былого терзает до слёз, Как ветер осенний средь старых берёз. И нет мне прощенья, и нет мне пути И Дон не отмоет печали мои. Лишь память да песни остались со мной, Да горькая доля под чуждой луной.