Иркутский купец из 18 века попал в 1975 год в тайгу

Странно всё это, — шепнул Семён Ивану. — Смотри, он даже не замечает, что здесь непролазная чаща. — Тише, — отозвался Иван. — Не спугни. Наконец купец остановился у старого кедра и замер. — Вот здесь, — сказал он. — Здесь она была. Лесники огляделись. Никаких следов лошади, никаких признаков того, что тут кто‑то останавливался. Только мох, да шишки, да старые пни. — Да нет тут ничего, — вздохнул Пётр. — Может, она сама ушла? Или волки… Купец резко повернулся к нему: — Волки? В этих местах волков нет. Здесь безопасная дорога, я по ней уже третий раз еду. — Третий раз? — переспросил Семён. — А когда первый? — В 1783‑м, — спокойно ответил купец. У лесников по спине пробежал холодок. — Послушай, — твёрдо сказал Иван. — Нам нужно идти. Мы отведем тебя в посёлок, там разберёмся. Купец вдруг выпрямился во весь рост, и в глазах его мелькнуло что‑то древнее, нечеловеческое. — Мне не нужно в посёлок, — произнёс он. — Мне нужно в Иркутск. И я доберусь туда, даже если придётся идти пешком. Он повернулся и шагнул в чащу. Лесники бросились за ним, но не успели сделать и десяти шагов, как поняли, что потеряли его из виду. Они кричали, звали, бегали между деревьями — но мужчина исчез, будто его и не было. Вернулись на поляну — и там его не оказалось. Только на земле, у подножия кедра, остались отпечатки сапог, слишком старых и грубых для 1975 года. Обратно в посёлок шли молча. Каждый думал о своём, но вслух никто ничего не говорил. Только вечером, когда сидели у костра...