Князь Курбский — идеология предательства, и крах ея

Макар Поляновский: 13 мая 1564 года перебежал на сторону врага командующий русскими войсками в Ливонии воевода Андрей Михайлович Курбский. Как водится среди такой публики, он тут же начал оправдывать своё предательство некими «высокими мотивами», — попутно ведя вражеские рати против своей Родины и соотечественников… Вообще прямо сравнивать печально известного топ-предателя генерала Андрея Андреевича Власова с князем Курбским было бы даже отчасти необоснованным оскорблением в адрес первого. Да, оба эти военачальника до поры до времени водили в бой войска своей страны — и даже добивались заметных успехов. Власов — в ходе боёв под Киевом и контрнаступления под Москвой зимой 1941—42 годов, Курбский — при взятии Казани, во время Ливонской войны и стычках с набегами крымско-татарских орд. Тем не менее бывший советский генерал по крайней мере до самого момента добровольной сдачи в плен гитлеровцам ранее с ними не сотрудничал — таких фактов не было обнаружено даже в ходе самого дотошного следствия уже после окончания войны и в пору подготовки судебного процесса над высокопоставленными изменниками Родины. А вот то, что его тёзка минимум за полтора года до своего побега в Литву переписывался с польским королём (и одновременно — Великим князем Литовским Сигизмундом Августом), готовя почву для своей измены, и выдавая ценнейшие сведения, доступные ему как особе приближённой к царю, и командующему стотысячной русской армией на «Ливонском театре военных действий», ныне является...