Пепел Эдема

Учитывая наш земной рай, там... идёт война. И там просто звездец какой-то должен быть.... Закончился срок. Отгулял я свой рай. Никто не позвал. Не сказал: «Помоги». Успел умереть — не в бою, просто так, Дождался, когда остановит шаги. Я слышал, как сердце в груди замолчало, Как тихо уходит тепло изнутри. Земля — это сон. Я не ведал сначала. А значит — проснись и на плазму смотри. Жизнь на Земле — это наш отпуск, Наш выдуманный, тёплый рай. Но ты проснёшься — и по пояс В броне, что врастает в кость, вставай! Доспех мой чёрен, как коллапсар, Как та дыра, что в центре ждёт. Меня там встретит враг-смерть? Или дар? Штурмовик на Плутон — и в полёт. Машина поднимет истлевшее тело, Доспех прорастёт сквозь позвонки и плоть. Здесь нет ни любви, ни того, что хотел я, Здесь механизм: выживай и колоть. А где-то остались трава, дождь и ветер, Где боль была мелочью, а не закон. Я думал: «Я жил». А я просто не встретил Того, что за гранью земных похорон. Если земная жизнь полна слёз и потерь... И при этом она тебе кажется раем... То представь же, что там, за порогом теперь,Где все твои «дни» — это вечность без края... Жизнь на Земле — это наш отпуск, Наш выдуманный, тёплый рай. Но ты проснёшься — и по пояс В броне, что врастает в кость, вставай! Как он был хорош — этот плен из свободы, Где смерть — это смена декораций и снов. Прощай, моя плоть. Здравствуй, мрак новой породы. Штурмовик возвращается вновь. Наверное, это был мой последний отпуск... Как он был хорош...