Иран превратил Ормузский пролив в свою платную трассу, а мировую гегемонию — в свой бизнес-план.

Иран превратил Ормузский пролив в свою платную трассу, а мировую гегемонию — в свой бизнес-план. В мире, где классическая дипломатия окончательно уступила место прецедентному праву силового поля, произошло событие, которое историки будущего, если они еще будут платить за доступ к архивам, назовут точкой невозврата. Иран официально установил ценник за проход судов через Ормузский пролив. Стоимость билета — два миллиона долларов. На первый взгляд, это напоминает сценарий дешевого боевика, где злодей требует выкуп за мост. Но если присмотреться, перед нами не просто вымогательство, а первый в XXI веке легитимный (с точки зрения силового реализма) акт установки частного шлагбаума на главной морской артерии планеты. Член комитета по внешней политике Меджлиса Алаэддин Боруджери, человек, чья фамилия в переводе с персидского звучит почти как «брутальный», даже не стал скрывать бухгалтерию: собранные средства пойдут в строку «военные расходы». Прозрачность, которой так не хватало некоторым европейским бюджетам. Но главная интрига, которая сейчас разрывает информационное пространство от Тегерана до Вашингтона, скрыта в невысказанном, но очевидном вопросе: будет ли для союзников США наценка? Логика суверенитета или налог на проход? Чтобы понять «оборзевательство» (а это слово здесь употребляется как профессиональный термин) иранской инициативы, стоит обратиться к историческому контексту. Полвека мир жил в парадигме, где международные проливы регулировались Конвенцией ООН по...