На Камчатке из горячего источника вышло странное существо

Алексей замер с кружкой в руке. Научная часть его мозга кричала: «Галлюцинация! Газы, сернистые испарения, влияющие на восприятие!» Но то, как говорил Кузьмич, заставляло замолчать внутреннего скептика. — Что оно делало? — спросил он, и его собственный голос показался ему чужим. — Оно вело себя, как он, — ответил Кузьмич. — Огляделось по сторонам с тем же самодовольным видом. Подняло руку, будто держало невидимую камеру, и начало «снимать» гейзеры. Двигалось по краю промоины, делая шаг туда, куда живому ступать нельзя. Оно в точности повторяло его последние минуты. Это был не призрак, Лёша. Призраки — это тоска по прошлому. А это было… эхо. Насмешливое, пустое эхо. — И что потом? — Оно походило так минут десять. А потом повернулось в мою сторону. Оно меня не видело, я уверен. Но его взгляд, пустой, безглазый, был направлен точно на мою палатку. И в этот момент я почувствовал не страх. Я почувствовал чудовищное одиночество. Не моё. Его. Одиночество пылинки, затерянной в вечности. А потом оно просто… рассыпалось. Лёгкий порыв ветра — и фигура из пара и пепла развеялась, вернулась обратно в землю, из которой вышла. И всё стихло. В избушке стало совсем тихо. Было слышно лишь, как потрескивает печь да воет ветер снаружи. — Может, это была всего лишь игра света и пара? — осторожно предположил Алексей. — Парейдолия. Мозг сам достраивает знакомые образы из хаотических форм. Плюс стресс, усталость… — Я сорок лет хожу по этим местам, — твёрдо ответил Кузьмич. — Я видел шаровые...