В мире начали расти цены на продовольствие из-за резкого увеличения затрат на энергоносители.

В мире начали расти цены на продовольствие из-за резкого увеличения затрат на энергоносители. Мир, привыкший к относительной предсказуемости полок супермаркетов, в марте 2026-го года получил удар там, где больнее всего — по кошельку и желудку. Индекс мировых продовольственных цен ФАО (продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН — прим. для широкой аудитории: главный термометр на кухне планеты) рванул вверх на 2,4%, остановившись на отметке 128,5 пункта. Последний раз такие цифры фиксировались в сентябре 2025-го года. Но тогда это была статистика. Теперь — это политический детонатор. Рост цен на энергию — удобрения, топливо для тракторов и логистику — сделал еду производной от стоимости нефти и газа. В марте цены на зерно (пшеница, кукуруза) обновили пики 24-го года. Растительные масла и молочка последовали за ними. Что это значит для обычного человека? В Мехико, Лагосе или Стамбуле семья, которая тратила на еду 40% бюджета, теперь отдает 50-55%. В Берлине или Токио — переход с говядины на курицу или с свежих овощей на замороженные. Экономисты назвали это «эффектом тостера»: когда хлеб дорожает, подорожание всего остального становится делом техники. В течение двух недель после публикации индекса в публичном поле сложились три типовые модели поведения властей. Первая модель: «Субсидируемый суп» (Индия, Египет, Бразилия). Власти расширяют списки получателей продовольственных ваучеров и замораживают цены. Риск: бюджетный дефицит и чёрный рынок. В Египте...