Людей из другого мира ,в защитных костюмах, встретили медики в тайге

Он лежал прямо на снегу. Руки вдоль тела, лицо спокойное. Похоже было на гипотермию, но кожа не синяя, а наоборот — светлая, почти прозрачная. Пальцы ровные, без судорог. Вены не видно. Я проверил пульс — тишина. Попробовал дыхание — прибор почти ничего не показал, но едва-едва датчик показал микроколебания. Такое я видел у утопленников, но даже они дышат громче. Самое странное — глаза. Они были открыты. Зрачки двигались, но не как у человека. Они дёргались по диагонали — как у пойманной птицы. Без фокуса. Без страха. Просто… движение, как рефлекс. Я сделал инъекцию, попытался завести сердце. Ноль. Повторил. Ноль. Температура кожи — как у снега. Прибор не фиксировал тепла. Но зрачки двигались. Я сказал Юрке, чтобы сбегал за носилками. Он пошёл. Я остался на поляне один. Парень в комбинезоне стоял в десяти метрах, неподвижно. Потом он исчез. Когда Юрка вернулся — поляна была пустая. Ни тела. Ни следов. Ни того человека. Даже наши следы — будто их занесло за секунду. Снег был ровный, без углублений. Только одна еле заметная полоса — как будто кто-то протащил мешок по насту. Мы вернулись к вертолёту. Рация работала, но вместо помех — был шум, как у двигателя самолёта, на полной тяге. Не голос, не речь. Гул. Как будто ты стоишь внутри турбины. Мы вызвали базу. Ответа не было. Тогда мы полетели обратно. Диспетчер был на месте, удивился, сказал — вылетов не было, координаты, которые мы назвали, не значатся в журнале. Про посёлок — вообще впервые слышит. Я показал запись — он...