Советские дозиметристы в Чернобыле. Вспоминает Григорий Кириченко

Весна 1986 года запомнилась советским гражданам целым рядом ярких событий. Выходит в свет новый студийный альбом группы Metallica, Совет Министров СССР принимает постановление «О мерах по усилению борьбы с нетрудовыми доходами», на 58-й церемонии вручения премии Оскар лучшим фильмом признают ленту Сидни Поллака «Из Африки», администрация Рональда Рейгана начинает поставки ПЗРК «Стингер» класса «земля — воздух» афганским и пакистанским моджахедам, в Ванкувере открывается Всемирная выставка — 1986, в советский телеэфир возвращается «КВН», Бабрак Кармаль уходит с поста генерального секретаря ЦК Народно-демократической партии Афганистана, уступая место Наджибулле, руководителю ХАД — афганской службы госбезопасности, а в Мексике стартует Чемпионат мира по футболу. В этом ряду не хватает ещё одного, к сожалению, планетарного масштаба события. 26 апреля 1986 года на территории СССР произошла крупнейшая техногенная авария. Последствия взрыва реактора 4-го энергоблока Чернобыльской атомной электростанции имени В. И. Ленина в течении многих лет устраняли более 600 тысяч человек. Работы на ЧАЭС велись силами так называемых «ликвидаторов» до самого окончания постройки объекта «Укрытие» — гигантского бетонного «саркофага» вокруг 4-го энергоблока. Сама же станция была остановлена навсегда 15 декабря 2000 года. В то время среди причастных к возведению «Укрытия» ходила такая «народная» песенка на известный мотив: «Я не знаю до какого Скляр уехал в Комарово, А пока лишь я и трактор...