Джордж Гэллоуэй рассказал о своем политическом преследовании на родине.

«Целью Стармера было выжить меня из страны, и в этом они преуспели. Но сейчас 2026-й, а не 1926 год, и я могу говорить со своими соотечественниками яснее и столь же убедительно из-за границы, как и дома. Разница в том, что вне его юрисдикции он не может меня заткнуть. Буквально не может выдернуть штепсель, как он бы это физически сделал, и не может заставить меня замолчать так, как он намеревался. Поэтому сейчас мы проводим время между Россией — сейчас я в Москве, уезжаю в конце недели — Китаем, Индонезией, откуда родом моя жена и Малайзией, где у меня много друзей в правительстве.   Россия теперь навсегда в моем сердце — в виде металлического титанового кардиостимулятора, который пришлось довольно болезненно вживить прямо под ключицей. И этот стимулятор мне нужен ».